Этот безумный зрительный мир, или рождение Истеричек

Когда мухи превращаются в слонов, а любое, мало-мальски людное, место – в театральные подмостки. Чтобы, значит, был повод поистерить да понервировать окружающих. Потому что эмоции свои драгоценные девать некуда…

Есть у меня знакомая, Тамара, волей-неволей вынужденная каждый день слушать подобные концерты: в «хрущевках» стены тонкие, слышимость просто великолепная – не хочешь, да придется быть свидетелем жизни соседей…
Слева от Тамары проживает весьма интеллигентная дама, тихая и спокойная, бухгалтер на каком-то крупном предприятии. А вот справа… Подруга детства Мариночка и ее старенькая бабушка – Марья Петровна. Мариночка в детстве была девочкой несдержанной, любила покричать на тихую бабушку, а потом плакать и жаловаться Тамаре – мол, никто ее не любит, не голубит, не ценит… Столько лет прошло, а Мариночка до сих пор живет с бабушкой, все кавалеры от нее как-то потихоньку сбегают. Девушка красивая, спору нет, и поначалу кандидаты в мужья смотрят на нее с восторгом – ух, какая женщина! – но через пару недель куда-то испаряются, исчезают, как дым… Наверное, Мариночкины истерики им не по вкусу.



Вот и сегодня Марина, разобидевшись на все человечество, с упоением «концертирует» перед испуганной бабушкой, «наслаждая» сердца соседей слезливыми криками…

Конечно! Не ценят ее, такую вот умницу и красавицу, такую трудолюбивую (ну и что, что вчера в обеденный перерыв встретила приятельницу и несколько перебрала – с кем не бывает? Принимайте меня такой, какова есть!), выговор на работе влепили. А потом еще бабушка некстати позвонила – мол, Мариночка, деточка, зайди в аптеку, купи мне валидол… Ага, так она и пойдет. Нет, конечно, она бы и не прочь – но ее так обидели, так обидели! Выговором… И вот Марина, встретив бабушку у родного подъезда, старается вовсю… Хватается за сердце, визжит, вопит, верещит, плачет…. И соседки так кстати на лавочке сидят! Марина аж кайф от спектакля получает.

Только вот не замечает она ни посиневшие бабушкины губы, ни ее тревожный взгляд, ни руку, прижатую к груди с левой стороны… Что ей бабушка? Подумаешь? Выдюжит! А вот она, Мариночка, буквально на пороге инфаркта!

***

Встречались ли вам такие Марины, Тани, Саши, Сергеи и иже с ними? Для них окружающие люди – лишь «зрители», статисты, ну, может быть, обслуга… А «пуп земли» и «центр Вселенной» - это они сами, любимые. Доводящие родных и друзей до сердечных приступов и полного нежелания жить… Любящие в этом мире только себя, даже когда они говорят, что любят своих жен и мужей – нет, никого они не любят. Разве что, себя рядом с другим человеком…

Мне и Тамаре было стыдно. Попробовали было угомонить Марину – да не тут-то было… Еще пуще разошлась… Закончилось тем, что к бабушке Скорую вызвали а Марину, кое-как запихнув в квартиру, напоили валерьянкой. В общем, тяжелый выдался денек. У всех нас, кроме главной героини.

Ладушки, проехали. Таких неразвитых и нереализованных людей – масса. Не получившие правильного воспитания, которое могло бы развить их свойства и наполнить в дальнейшем желания, дать возможность реализоваться в этом мире и получать от жизни удовольствие, вектора, так и оставшиеся в архетипичном состоянии, и – как результат – множество проблем и неудовлетворенность своей жизнью. Многие родственники, друзья и коллеги сравнивают таких людей с «камнем на шее» - и вперед двигаться не дают, и за собой пытаются утянуть, «подавив» окружающих своей страшной эгоцентричностью…
«Ну и что, что тебя с работы выгонят – мне пофигу!» - это на упрек подруги (матери, друга), которого подставила, подвела, не явившись, как и было договорено, в такое-то место в такой-то час. «Бабушке плохо? А мне еще хуже!» - это ответ таких вот Мариночек на замечание, что своим «замечательным поведением» постоянно держит родных в стрессе…

Вот так вот взять бы «за шкирку», встряхнуть посильней…
Только бестолку это, ни к чему хорошему не приведет. Или угомонит на пару часов или дней. А потом – по новой. Либо вызовет еще более жуткий концерт, который точно окончится трагически – только не для главной героини…

Обидно, больно – и за бабушку, и за Марину. Потому что ее собственному здоровью такие выкрутасы пользы не принесут, да и с личной жизнью – полный швах. И, казалось бы, выхода из такой ситуации нет – так все и будет продолжаться. Ан нет, еще не все потеряно. И кажущаяся безвыходность вовсе таковой не является. Как раз таки, подобное поведение Марины очень и очень системно. Получив в свое время – в детстве – определенную «программу жизни» (а, проще, не развившись согласно своему векторальному набору) Марина и люди, ей подобные, страдают от непонимания именно причинно-следственных связей своего поведения (а отсюда – и состояния, и самоопределения), что, в свою очередь, терроризирует не только окружающих, но и самих Марин… Для нас с Тамарой она – соседка, знакомая, а ей-то самой каково? Проживать «чужую» жизнь, когда ей от природы задано совсем иное – при условии развития, разумеется…
Марине вполне можно помочь – научить пониманию себя, своего бессознательного, почему она именно такая – и закончатся истерики, большинство ее «мух» просто-напросто «сдуется» и сгинет прочь, да и отношения с окружающими станут гораздо лучше.

Векторальный набор… Каков же он у нашей Марины? Прежде всего, это Зрение. Та самая нежная эрогенная зона, по которой и «бьет» неверный подход к воспитанию зрительных детей. Наиболее чувствительная и восприимчивая, наиболее ранимая… Чем? Да самыми разными преддвериями страхов и раскачками…

В детстве Мариночка много чего боялась: страшных сказок, в которых прожорливая лисица лакомилась маленьким веселым Колобком (а мама еще подсмеивалась над дочкой, когда та начинала плакать в конце сказки – ошибка воспитания номер один); боялась темноты, и каждый вечер, когда родители укладывали ее спать в детской, девочке казалось, что вот сейчас, сейчас, лишь погаснет свет, изо всех углов комнаты потянутся Чудовища… а уж о том, ЧТО находится под кроватью, Марина и думать боялась)… И на все просьбы дочери купить «совсем маленький ночник, чтобы хоть чуточку светло было ночью» отец сурово отрубал: «нет, ты уже большая девочка, приучайся спать в темноте!»… Да уж, в три-то года – большая… Зрительная малышка, для которой темнота – место, где живет столько жуткого! И такое вот невнимание к просьбам малышки - еще одна ошибка воспитания… Лечить страхи страхами – клин-клином – не та ситуация. И в результате все страхи Мариночки уходили глубоко-глубоко, в подсознание, «строя» там самые настоящие «гнезда кошмаров»… Консервировались, мутировали, превращаясь в еще более жутких чудовищ… И, подрастая, девочка продолжала бояться… Темноты, страшных книжек и мультиков, и даже небольшие проблемки ее бессознательное видело как через увеличительное стекло… Чем дальше – тем страшнее. Зрение «смотрело внутрь» и пугалось самого себя… Как в кривом зеркале…
А зрительные раскачки? Когда из бурного веселья – да в тоску, да в трагедию? А потом – наоборот? Легко ли самой Марине переживать такие состояния, когда от малейшего намека на «неприятность» (чаще всего, раздутую страхом до ужасающих размеров), ее Зрение моментально реагирует истерикой? «Прячься скорее! СТРАШНОЕ идет!» И – как на качелях – вверх-вниз, вверх-вниз… Какая нервная система это выдержит? Такие эмоциональные всплески и падения?



А еще от Марины требовалось быть «самой-самой». Самой нарядной, самой аккуратной, самой умной. И постоянно повторяли родители – ты у нас – самая лучшая и красивая! Понятно теперь, откуда взялись те же самые истерики… Таким образом Марина требует к себе внимания, а свои эмоции не отдает людям через сострадание, но выбрасывает их через истерики и страхи…

А отнесись родители к дочкиным страхам по-иному, выбери ей другие книжки – тех же Детей Подземелья писателя Короленко, пойди отец навстречу просьбам о «маленьком ночничке» - и все было бы совсем иначе… Слушая повесть Короленко, Марина научилась бы сострадать, сопереживать другим людям, выталкивая, тем самым, эмоции и страхи наружу, вне… «Любовь» Марины не к окружающим, а лишь к себе, «зацикливание» на собственной особе – вот что мы видим сейчас. Но те же книжки помогают воспитать в ребенке «переключение» эмоций с себя, любимой, на других людей.

И архетипичный эгоизм развился бы в любовь к окружающим, в заботу и внимание… Ведь это так просто! Маринин зрительный вектор получил бы огромный толчок вперед, к развитию, и девочка бы выросла в счастливого человека, с совершенно другим жизненным сценарием.

Эмоции бы не «колотили» по окружающим (той же бабушке), а выплескивались бы в театре (пусть даже народном, непрофессиональном), отдавались бы во благо людям – в сострадании, любви… И уже совсем другая жизнь, другие стремления и интересы – приносящие радость, удовлетворение…

Истерики нынешней Марине ничего хорошего не дают. Ну, откричится, ну, выбросит весь негатив в окружающих – но и самой не так-то сладко, сердечко-то не железное… Ах, если бы, если бы!..

Только дверь всегда есть, в конце любого тупика ее можно найти – надо лишь повнимательней присмотреться…

Написано по материалам тренингов по системно-векторной психологии Юрия Бурлана