Близко познакомиться с коллекторами теперь будут вынуждены не только недобросовестные заемщики банков, но и должники сотовых операторов и служб ЖКХ


В следующем году коллекторы рассчитывают собрать с граждан триллион рублей: помимо банковских долгов они нацелились на долги населения сотовым операторам и ЖКХ. И хотя законодательная база под этим бизнесом остается зыбкой, такой большой куш прельщает новых крупных игроков.



Около полугода назад Елена Самойлова купила SIM-карту сотового оператора МТС с прямым московским номером. Спустя несколько месяцев, когда все деловые партнеры уже усвоили этот номер как рабочий телефон Елены, ей позвонили из банка. Сотрудник отдела по работе с задолженностью сообщил, что данный номер числится за должником, не расплатившимся с кредитной организацией по своим обязательствам. Узнав от Елены о том, что номер принадлежит теперь новому владельцу, из банка звонить перестали. Зато еще через месяц пошли бесконечные ночные звонки из коллекторского агентства БКБ "Руссколлектор". Коллекторы требовали вернуть деньги или найти контакты предыдущего владельца SIM-карты. Женщине обещали, что "отстанут лишь в том случае, если она приедет в офис коллекторов со всеми документами, подтверждающими ее непричастность к разыскиваемому должнику". Узнав, что защитой граждан от злобных коллекторов занимается Роспотребнадзор, Елена обратилась в ведомство Геннадия Онищенко. Там ей поведали о других вопиющих случаях: как коллекторы угрожают избиениями детям должников, приходят в школу и в присутствии одноклассников рассказывают детям, как мама и папа нехорошо себя ведут, по телефону включают похоронную музыку — и прочие страшные истории, с которыми ведомство готово обращаться в суд. Но в случае Елены, как выяснилось, судебная перспектива не просматривается. "Поскольку правовой статус коллектора пока еще не определен, с точки зрения закона он должен рассматриваться как лицо, не имеющее прав на взыскание задолженности. В данном случае телефонные звонки с требованием об уплате определенной суммы при отсутствии законных оснований можно расценивать как вымогательство. Однако стоит обратить внимание, что вымогательство подразумевает угрозы применения насилия или распространения позорящих сведений, и статья 163 Уголовного кодекса РФ будет применяться только при наличии угроз",— комментирует Андрей Пушкин, управляющий партнер юридической компании Tenzor Consulting Group. Для Елены единственным способом избавиться от ночных звонков оказалось действительно поехать в офис "Руссколлектора" и написать заявление о том, что она и в самом деле "не верблюд".

Большой куш

Случай Елены не исключение. Если раньше банки чаще всего передавали коллекторам портфели просрочек по агентским схемам, то в последние месяцы идет активная продажа этих портфелей коллекторам. Эти перемены связаны, в частности, с тем, что в ближайшее время истекает трехлетний срок исковой давности по большинству кредитов, ставших проблемными в острой фазе кризиса. И у банков остался единственный способ освободить балансы от просроченных кредитов — продать эти долги.

В частности, три крупнейших банка с госучастием — Сбербанк, ВТБ 24 и Банк Москвы — объявили о начале такой распродажи. Портфель одного Сбербанка и только по просрочкам малого и среднего бизнеса составляет примерно 30 млрд руб. По данным ЦБ, это больше, чем все российские банки продали долгов коллекторам в первом полугодии 2011 года, а тогда продали долгов на 24,2 млрд руб. (в 1,7 раза больше, чем годом раньше).

"Эти портфели прошли через взыскание собственными службами и коллекторскими агентствами, и сейчас банки избавляются от этой задолженности, высвобождая сформированные под эту просрочку резервы",— говорит Елена Докучаева, генеральный директор коллекторского агентства "Секвойя Кредит Консолидейшн".

А независимые коллекторские структуры, как показывает случай Елены Самойловой, ищут должников куда тщательнее, не брезгуя потревожить и посторонних, поскольку в отличие от банка списывать какую-либо задолженность не расположены.

Новые горизонты

Впрочем, банковские должники не единственный и даже не главный источник роста коллекторского бизнеса. В большей степени их аппетит разжигают злостные неплательщики за услуги ЖКХ и мобильную связь.

В мае этого года начальник отдела департамента ЖКХ Минрегиона России Евгения Сидельникова обнародовала оценки ведомства по задолженности граждан перед ЖКХ — 579 млрд руб. Это в два раза больше задолженности, накопившейся у должников банков. С точки зрения коллекторов, задолженность за услуги ЖКХ является наиболее трудной в работе, но они готовы за нее браться.

И это еще не все. Коллекторы теперь рассчитывают и на должников сотовых операторов, лизинговых компаний и интернет-провайдеров.

Александр Морозов, президент Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА), полагает, что сейчас в работе у коллекторских агентств находится 150 млрд долгов, банковские кредиты составляют около 90% этой суммы. В следующем году благодаря росту долгов в банковском сегменте и особенно благодаря новым типам долгов рынок вырастет чуть ли не на порядок. "Думаю, что в следующем году в работу коллекторам будет передано более триллиона рублей",— рассчитывает генеральный директор коллекторского агентства "Центр ЮСБ" Александр Федоров. Поскольку половину этого триллиона составляет задолженность перед ЖКХ, расчет самих долгов россиян кажется вполне обоснованным. Но вот каким образом удастся коллекторам этот триллион выколотить — это по-прежнему загадка.


Семеро с ложкой

По случаю таких барышей на рынок коллекторских услуг выходят новые мощные игроки, которые обещают задействовать и новые способы воздействия на должников, а не ограничиваться одними телефонными угрозами.

В июле 2011 года о выводе отдельной бизнес-структуры на коллекторский рынок для работы с портфелями задолженностей объявил Альфа-банк. Новая структура называется "Сентинел Кредит Менеджмент" и готовится к работе в 70 городах России. Очевидно, что это будет крупнейшая структура на коллекторском рынке.

О масштабах этого рынка говорят следующие цифры. В НАПКА входит всего 25 компаний. Совокупная доля рынка, занимаемая ими,— около 80%, остальные 20% принадлежат почти тысяче мелких региональных агентств. "Если мы посмотрим сейчас на рынок коллекторских агентств, то окажется, что глобально это рынок компаний, состоящих из call-центров с большим штатом сотрудников. Но этот способ работы уже исчерпал себя: люди просто перестают отвечать на звонки, и к ним необходимо выезжать лично или с приставами либо обращаться в суд,— говорит Олег Коган, директор по взысканию просроченной задолженности Альфа-банка.— В нашей структуре call-центра как такового нет. Мы предоставляем услуги выездного взыскания задолженности, сопровождения исполнительного производства и сопровождения дел в суде, то есть нам по силам заниматься более поздней просрочкой".

Перспективных направлений в этой сфере деятельности подразделение Альфа-банка видит много. "Мы будем смотреть на весь спектр рынка задолженности: ЖКХ, лизинг, сотовая и стационарная связь, интернет, обычный b2b-сектор — долги юридических лиц друг перед другом,— перечисляет Олег Коган.— Нам интересны все долги. Это только вопрос себестоимости взыскания".

Выходят на российский рынок и иностранные коллекторы. Так, по данным газеты "Ъ", у Столичного коллекторского агентства появились шведские акционеры: инвестиционный фонд Mint Capital (приобрел около 24% акций) и коллекторская компания Svea Ekonomi AB (10%). В январе 2010 года о желании инвестировать в покупку проблемных розничных кредитов заявила корпорация IFC совместно с KG EOS.

Без закона

Новых игроков не пугает даже полная неразбериха в законодательном регулировании коллекторского рынка. Уже четвертый год в правительстве готовится закон "О деятельности по взысканию просроченной задолженности", но когда его примут — неизвестно. Важнее, впрочем, что уже существуют прецеденты выигранных против коллекторов судов, которые в последнее время во множестве инициирует Роспотребнадзор.

В июле 2011 года уже второй раз подтвердил незаконность действий банка, передавшего долг физлица коллектору, Высший арбитражный суд. Между двумя решениями, о которых идет речь, есть разница, но для коллектора она невелика: первое судебное разбирательство (против банка "Союз" в 2009 году) закончилось решением, гласившим, что банк не имел права передавать долг заемщика коллектору, а второе (против Росбанка) заключалось в том, что долг передавать можно, но нельзя раскрывать персональные данные заемщика.

А 29 июля арбитражный суд Санкт-Петербурга, рассматривая дело Роспотребнадзора против банка "Советский", поддержал ведомство Геннадия Онищенко, аргументировав свое решение сразу обеими формулировками.

Проблемы у коллекторов могут возникнуть и там, где они этого, возможно, и не ожидают. Например, сейчас, по сведениям газеты "Ведомости", несколько крупных игроков, работавших в разное время с Citibank, находятся под пристальным вниманием аудиторской фирмы Deloitte. Для выяснения законности действий коллекторов корпорация Citigroup была вынуждена привлечь аудитора, а сделала она это из-за несчастного случая, происшедшего в Индонезии. Несколько лет назад после общения с коллекторами Citibank умер заемщик банка. В результате судебного разбирательства по этому делу власти страны на два года запретили Citibank выпускать в стране кредитные карты, в течение года привлекать новых клиентов в сегмент премиум-банкинга и три года нанимать коллекторов. А весной этого года в Пресненском суде города Москвы рассматривался иск одного из должников Citibank, который обвиняет банк в том, что тот передал его долг компании "Центр ЮСБ".
МАРИЯ ГЛУШЕНКОВА
Источник: http://kommersant.ru/doc/1759839