Для англоязычного населения Земли фарфор и Китай — близнецы-братья, их обозначет одно и тоже слово "china". Китайцы изобрели состав твердого фарфора ещё приблизительно в VI веке, т.е. за тысячу лет до того, как он стал производиться в Европе. Долгое время наряду с производством шёлка фарфор оставался одной из самых запретных и желанных для западных владык загадок Востока. Попытка её разгадать сродни настоящему детективу, ибо дерзнувшего на это в Китае ждал один приговор — смерть.

Миссионер, патер Д. Антреколл, посетивший в XVII в. Китай со специальной целью выведать секреты фарфорового производства, сумел добыть лишь самые элементарные сведения, которые никак не могли послужить основой для постановки нового производства.
Россия тоже не отставала в сей шпионской деятельности. За большую сумму денег удалось подкупить одного китайского мастера, который выдал секрет фарфора сибирскому промышленнику Курсину. Однако хитрый китаец видимо всё же чего-то недоговорил, т.к. Курсин так и не смог получить фарфор, хотя производил опыты по его изготовлению.
Сколько таких примеров скрывается за слоем прошедших лет, мы можем только догадываться. Секрет в конце концов по-видимому выведали, вот только имя героя и поныне осталось неизвестным.

История его насчитывает более трех тысяч лет. Но само начало производства фарфора в промышленных масштабах относится примерно к VI-VII векам, когда путем совершенствования технологий и подбора исходных компонентов стали получать изделия, отличающиеся белизной и тонкостью черепка. По преданию, древние китайцы не могли определиться с материалом для изготовления посуды: нефрит — дорого и святотатственно, глина — некрасиво и недолговечно, дерево — неэстетично. Потом совершенно случайно мастера нашли способ изготавливать фарфор... И этот способ остался большим и тщательно хранимым секретом для всего остального мира. Одна из составляющих этого большого секрета — сырье, из которого и производится фарфор. Провинция Цзянси оказалась сокровищницей фарфорового камня — горной породы, состоящей из кварца и слюды. Фарфоровую массу делали из брикетированного порошка фарфорового камня и каолина (особая глина, придаёт белизну изделию). Получившийся полуфабрикат выдерживали не один десяток лет, для приобретения им пластичности. После этого на очереди была печь, высокая температура в которой при обжиге изменяет физический состав массы, она становится прозрачной и водонепроницаемой. Уже в начале нашей эры китайские гончары строили печи, способные создавать нужную температуру, тому есть археологические подтверждения. А для особого матового блеска глазурь составляли из нескольких слоев разной прозрачности.

В первые века нашей эры мастерские по производству фарфора появились в одном из городов провинции Цзянси, который впоследствии стал известен под именем Цзиндэчжень — столица китайского фарфора, ведь исторически именно эта местность — родина фарфора и место его постоянного развития и совершенствования. Издавна фарфоровые изделия из Цзиндэчжэня отличались высоким качеством. Молва гласит, что «они были ослепительны, как снег, тонки, как лист бумаги, прочны, как металл».

Одними из самых ранних, сохранившихся до наших дней, свидетельств производства фарфора, являются находки черепков посуды при раскопках города Самарры в Месопотамии, возникшего и разрушенного в IX в. Это дает нам право с уверенностью отнести изобретение китайского фарфора не позднее, чем к периоду Тан, а историческая обстановка делает возможным для нас отнесение крупнейшего изобретения именно к этому времени.

Первая половина правления династии Тан (618 – 907) является периодом большого подъема в истории феодального Китая. Значительное политическое усилие, сопровождавшееся необычайным территориальным расширением, привело Китай к соприкосновению с многими государствами. В это время происходит оживленнейшая торговля на юге Китая. Возникшие в Кантоне торговые колонии иностранных купцов-арабов, персов, евреев, греков – свидетельствуют о размахе и налаженности морской торговли. Через восточные порты велась торговля с Японией. По «Великому шелковому пути» осуществлялась торговая связь Китая с Передней Азией и Европой.

Первыми известными изделиями из китайского фарфора были стройные вытянутые сосуды с полированной поверхностью, голубые и особенно ценные бледно-зеленые вазы с рельефным орнаментом, которые в Европе получили название селадон. Эти изделия относятся к эпохам Тан (7-10 века) и Сун (10-13 века). Затем появились молочно-белые сосуды «бэй-дин» из Динчжоу, голубые изделия «жу-яо», украшенные глазурью сосуды «цзинь-яо» из провинции Хэнань.

Начиная с 14 века в эпоху Мин (14-17 века), ведущим центром изготовления фарфора становится Цзиндэчжэнь, где было налажено производство изделий, украшенных свинцовыми глазурями трех цветов (саньцай) или подглазурной синей росписью, которая часто сочеталась надглазурной росписью (доуцай). Именно фарфор этого периода (в основном бело-голубой), производившийся в больших количествах, попал в Западную Европу, где сразу же привлек европейцев своим техническим и художественным совершенством, чрезвычайным богатством форм и декора.

В разные исторические периоды китайский фарфор имел свои лучшие образцы. Например, известный фарфор Цзюнци провинции Хэнань, отличающийся красноватым блеском, переливами синего, фиолетового и белого цветов и прозрачностью является лучшим фарфором династии Сун. В этот период (10-12 века) были сделаны большие успехи в изготовлении изделий из фарфора. Примером может служить фарфор марки «Яобянь», который обладает очень высоким качеством. Такой фарфор мог по ценности и изысканности соперничать с золотом и нефритом. Наиболее известными в то время являлись изделия мастерских Дэхуа и Лунцюань.

Известен синий фарфор Цинцы, изготовленный в фарфоровой печи «Лунциняо» в провинции Чжэцзян . О нем говорили, что его синева подобна нефриту, чистота — зеркалу, а звук, который он издает при прикосновении, подобен звучанию Цина. Это древний ударный музыкальный инструмент в виде изогнутой пластины, сделанной из нефрита, камня или меди. Изделия из синего фарфора со времен сунской династии широко покупались в странах Восточной Азии, Европы, Америки и арабских странах. Например, сегодня в Турции в Стамбульском музее хранится более тысячи изделий из синего фарфора Лунцюань времен династии Сун, Юань, Мин и других.

В XIII-XIV столетиях производство фарфора в Китае достигло своего расцвета, и фарфор начал широко распространятся по всему миру, благодаря христианским монахам, которые завезли китайский фарфор в Европу. В XVI столетии в Европе продавался только китайский фарфор, который везли через весь континент, называя его “chinaware” и ценя его на вес золота. Привозной, редкий фарфор стал драгоценностью. Дамы носили фарфоровые черепки как бусы на золотой цепочке. Постепенно вместо термина “chinaware” (китайские изделия) европейцы начали использовать термин “porcelain” от “porcellana” — так назывался моллюск, имевший прозрачную, отливающую перламутром раковину. Эти два названия сохранились и до наших дней.

Производство фарфора в Китае всегда имело два направления — экспортное, являвшаяся крупной статьей дохода государства и внутреннее, для нужд императорского двора и знати. Эти направления существенно отличались друг от друга и по форме и по декорированию. Например, по заказу императора ежегодно изготавливалось 31000 блюд, 16000 тарелок с драконами, 18000 чашек. А для Европы требовались роскошные вазы, парадные блюда и сервизы, которыми не столько пользовались, сколько выставляли на показ как диковинные драгоценности, поднимающие статус их владельца.Особенно известны, и многие сохранились до наших дней, изделия, изготовленные в период правления императоров Канси (1662-1722) и его внука — императора Цяньлуня (1711-1799), отличавшиеся особенно пышным, полихромным декором и получившие названия зеленого семейства, розового семейства, а также желтого семейства.

Этот фарфор стал экспортироваться в конце 17 — начале 18 века в Западную Европу. В этих изделиях, названных по преобладанию соответствующего тона, привлекала утонченность форм, чистота поверхности. Изделия из так называемого пламенеющего фарфора с глазурью фламбе покоряли красочностью поверхности. В связи с экспортом фарфора на Запад, тематика росписи начала расширяться — на изделиях появились сюжеты, заимствованные с Запада. Что требовала Европа? В первую очередь — дворцовые наборы, большие настенные блюда. Все эти парадные предметы делались специально для Европы с мотивами национальной экзотики. Также изготовлялись предметы, которые использовались только в Европе. В подражание серебряному кофейнику были создан необычные фарфоровые кофейники, бритвенные тазики, наподобие европейского медного бритвенного таза. Изготовляли подсвечники, часы, канделябры и наборы для сервировки европейского стола: тарелочки для нарезания сыра, сахарницы. Декоративная роспись ценилась выше, чем сами вазы, кувшины и сервизы. Основными мотивами росписи были разнообразные цветы (пионы, хризантемы, традиционный лотос), ветки сосен, птицы и звери, драконы. Увлечение востоком было столь велико, что «китайская комната» или «китайский павильон» (Дворец Екатерины II в Ораниенбауме) были практически в каждом дворце Европы, России и Ближнего Востока. А иметь хотя бы пару фарфоровых ваз , считалось проявлением хорошего вкуса и было показателем достатка хозяев дома.

Первый прорыв в производстве фарфора произошел во Флоренции во время правления Франческо ди Медичи, Великого князя Тосканы, правившего с 1575 по 1597, с помощью печи, разработанной Боунталенти и Фонтана. Было начато производство искусственного фарфора, известного как «фарфор Медичи».

В 1575 году по воле великого герцога тосканского Франческо I ди Медичи устраивается мануфактура мягкого фарфора в знаменитых флорентийских садах Боболи. Так называемый фарфор Медичи, который по своим свойствам занимал среднее положение между твердым и мягким фарфором, был хотя и прозрачным благодаря белой глине из Виченцы, но желтоватым, и глазурь поэтому применялась белая, уже знакомая по майоличному производству.

Сохранилось примерно 50 аутентичных вещей — тарелок, блюд, подносов, полевых и паломничьих фляг, ваз, умывальников и кувшинов. Декорированы они либо стилизованными цветками по образцу декора на персидской керамике, либо ветками и позаимствованными из современной итальянской керамики гротесками с птицами, четырехглазками и маскаронами, между тем как исполнен декор кобальтом, иногда сочетаемым с синевато — лиловой краской — из окиси марганца. Мануфактура действовала до первой четверти XVII века включительно. Марка на фарфоре Медичи — "F" и над ним купол флорентийского собора — синяя.

В истории фарфорового производства фарфор Медичи только эпизод. За ним последовали другие попытки — в Англии (д-р Дуайт и Франсис Плейс, оба во 2-ой половине XVII в.) и во Франции (Руан, Сен-Клу). Стимулировал эти непрекращающиеся поиски со времени начала XVII века — значительно более сильный ввоз дальневосточного фарфора. Вплоть до начала XVIII века все попытки, однако, остаются безуспешными.

Около 1700 года проблема белого и просвечивающего фарфора технически все еще не была решена: не знали химического состава твердого фарфора с его специфическими свойствами.

К концу XVII века физик и математик граф Эренфрид Вальтер фон Чирнхауз проводит обширные геологические исследования в Саксонии. Его целью было найти сырье, которое смогло бы дать этой стране прочную хозяйственную основу. Одновременно он разрабатывал план сооружения тут и искал соответствующий огнеупорный материал для стеклоплавильных печей. Заинтересовавшись проблематикой состава твердого фарфора, он продолжал свои опыты уже с известными позитивными результатами.

В 1704 году ему был поручен контроль над деятельностью молодого Бётгера, которого король Август держал тогда под стражей в Мейсене. Плодотворная совместная работа старого опытного ученого и способного молодого человека, которому не доставало только правильного руководства, приводит, в конце концов, к решению вопроса о нужном составе твердой фафроровой массы. Иоганн Фридрих Бётгер начал с того, что во время своих учебных занятий в Берлине целиком и полностью посвятил себя алхимическим опытам, добившись в этом известного признания.

Прослышав о Бётгере, прусский король Фридрих I решил использовать его для своих целей. Тот жаждал продолжать свои опыты и занятия и, опасаясь за свою свободу, бежал в 1701 году в Виттенберг, где на этот раз оказался в сфере власти саксонского курфюрста и польского короля Августа Сильного, распорядившегося доставить его в Дрезден и там посадить под надзор. Служба Бётгера требовала от него приготовления золота. Совместная работа с серьезным Чирнхаузом была для него преимуществом. В ответ на угрозы недовольного Августа, ждавшего положительных результатов, Бётгер вызвался устроить мануфактуру твердого фаянса, и в 1707 году ему действительно предоставили нужные для этого средства.

Основанная в 1708 году мануфактура должна была производить керамические товары по образцу твердого и гладкого "каменного литья" Ари де Мильде в Голландии. На этот вид керамики шла глина из Плауэна с содержанием окиси железа. Обжигаясь, она делалась красно-бурой и приобретала такую твердость, что изделие можно было дальше обрабатывать шлифовкой, резанием и т. д. Оба работавших вместе ученых продолжали искать способы получить твердый фарфор. Чирнхауз успешных результатов опытов в этом направлении уже не узнал — в октябре 1708 года он умер.

В марте 1709 года Бётгер добился, наконец, своего, употребив на глазурь то же сырье, что и на черепок, и достигнув тем абсолютного слияния черепка и глазури. После дополнительной проверки с участием комиссии, давшей положительное заключение об открытии, в январе 1710 года в мейсенской крепости Альбрехтсбург была пущена первая европейская мануфактура твердого фарфора. Бётгер руководил мануфактурой до своей смерти в 1719 году. Художественным руководителем после него назначается Иоганн Грегор Херольд, ознаменовавший собой "живописный период". При нем работал в Мейсене с 1727 года скульптор Иоганн Готлиб Кирхнер, с 1730 года мастер-модельер. В 1733 году место Кирхнера занял Иоганн Иоахим Кендлер, который на пути пластического оформления довел европейский фарфор до его собственного, независимого от других вида.

Помимо дорогой изысканной посуды мастера создавали очаровательные маленькие статуэтки и скульптурные группы в традициях рококо. Как правило, посуду расписывали изображениями зверей и птии, портретами, бытовыми зарисовками, которые покоряли зрителей изысканной нежностью красок. Но особенно удавались мейсенским мастерам "галантные празднества" — сиены, представлявшие утончённые развлечения аристократов. Это удивительные композиции с остроумными сюжетными решениями, танцевальной лёгкостью движений персонажей, стремительным действием. Они поражают полнотой жизни, гармонией чувств и утончённостью формы.

С 1744 года руководить фарфоровым заводом стал Камилло Марколини, при котором производство постепенно падает. Изделия же XIX века художественно менее значительны.

Среди других важных фабрик следует упомянуть третью крупнейшую европейскую фабрику, основанную в Венеции в 1720 году Джованни Вецци, которая была закрыта через некоторое время, в 1727 году, из-за финансовых проблем. Кроме того, следует упомянуть фарфоровую фабрику Виново неподалеку от Турина, которой покровительствовала королевская семья Саввой, а также производство в Доччии неподалеку от Флоренции, основанное маркизом Карло Джинори в 1735 году, которое действует по сей день.

Вскоре получает мировое признание французский фарфор, выпускаемый Севрским фарфоровым заводом, развиваются фарфоровые фабрики и Венеции. Фарфор европейских мануфактур был богато декорирован – расписан птицами, цветами, охотничьими сценками или фруктами.

Оставалось найти основное сырьё: каолин.

15 августа 1769 года (день, в который родился Наполеон) некая мадам, жена аптекаря из городка Лимож, отправилась на реку стирать белье. Видимо, дела у аптекаря шли не ахти, поскольку женщина при стирке пользовалась песком. Внимание дамы привлек кусок глины, который придал белью "исключительный отбеливающий эффект".

Уже там, на реке рядом с полем Кло-де-Бар, в голове женщины родилась идея о маленьком мыловаренном заводике. Через пару часов аптекарь встал из-за стола и сказал так: "Это каолин! Мы миллионеры, дорогая!" Ну или приблизительно так...

Вскоре была построена первая керамическая фабрика, затем вторая, а уже в 1771 году некогда захолустный городок Лимож (центр Богом забытой области Лимузин) впервые называется «европейской столицей» фарфорового производства. Город стал центром притяжения величайших мастеров и художников, кузницей кадров керамического производства.

Первые месторождения были обнаружены в 1755 году под городом Алесоном, и лишь в 1768 были найдены его залежи в Сен-Ириекс под Лиможем. Теперь несравненный французский фарфор мог появиться на свет, стать лучшим и отправиться на завоевание всего мира. В 1769 году Мануфактура Севр представила ко двору короля Людовика XV первые изделия из твёрдого фарфора. И уже в 1772 году Королевская Лиможская Мануфактура открыла свои двери.

Тюрго, будучи в то время Генеральным интендантом провинции Лимузин, посчитал, что было бы логично построить в Лиможе фабрику по производству фарфоровых изделий. В окрестностях находились залежи лучшего в Европе каолина и богатые лесные массивы – проблема дров – а именно дрова были в то время основным видом топлива – решалась сама собой. Гений и таланты некоторых личностей сделали всё остальное. Лиможская фарфоровая индустрия очень быстро приобрела благородные черты благодаря основателю фарфоровых заводов «Сенёль» Этьену Бэнёлю. Завод был основан в 1825 году.

Процесс производства лиможского фарфора необычайно сложен. Искусство огня и камня, фарфор получается из смеси различных минеральных ингредиентов (их количество отмеряется с особой точностью) и нескольких последовательных обжигов при высоких температурах.

Попытки организовать производство фарфора или фаянса в России начались еще при Петре I — большом его ценителе. По заданию Петра I русский заграничный агент Юрий Кологривый пытался выведать секрет фарфорового производства в Мейссене и потерпел неудачу. Несмотря на это, в 1724 г. русский купец Гребенщиков основал в Москве за свой счет фаянсовую фабрику; на ней же велись опыты по изготовлению фарфора, но они не получили должного развития.

Первая мануфактура была основана в 1744 году императрицей Елизаветой. Ею был приглашен в Петербург из Швеции И.-Кр. Гунгер, который уже содействовал раньше учреждениям в Вене и Венеции. Однако он не удержался и здесь и в 1748 году был отпущен.

Русское слово «фарфор» происходит от персидского «фахфур». Его переняли от персидских купцов, привозивших в Европу китайскую посуду. «Порцеллан», как обозначают фарфор во многих странах, происходит от итальянского «порчелла» — поросенок. Так итальянцы времен Марко Поло называли ракушки, из которых, как они считали, китайцы изготавливают фарфор.

После всех упомянутых ранее неудач, оставался один путь, наиболее трудный и долгий, но зато единственно надежный: организовать поисковую систематическую научно-технологическую работу, которая в результате должна была привести к разработке технологии производства фарфора. Для этого нужен был человек, имевший значительную подготовку, обладающий достаточной технической инициативой и изобретательностью. Таковым оказался Дмитрий Иванович Виноградов, уроженец города Суздаля.

Д.И. Виноградов учился в Марбургском университете, а также работал в рудниках и шахтах Фрейберга в Саксонии. В 1744 г., получив звание бергмейстера, он вернулся в Россию. Он должен был работать по горному ведомству, но судьба сложилась иначе. После выступления молодого специалиста на заседании Берг-коллегии Академии наук президент Берг-коллегии произнес знаменательную фразу: «Я от всех доселе выписанных иностранных мастеров ни одного не знаю, который бы его, Виноградова, во всех частях горной науки чем перешел...»

Дмитрия Ивановича определили на «порцелиновую» мануфактуру в Санкт-Петербурге, делами которой руководил барон Черкасов — секретарь кабинета императрицы Елизаветы Петровны, а директором был И.К. Гунгер, чьи опыты по производству фарфоровой массы шли без какого-либо успеха. Перед Виноградовым стояло несколько сложнейших задач: самостоятельно разрешить все вопросы, связанные с созданием нового производства; на основе физических и химических представлений о фарфоре разработать состав массы и технологические приемы изготовления фарфора; разработать рецепт глазури. Если Гунгеру за три года пребывания заплатили более семи тысяч рублей, то Виноградову предложили создать русский фарфор, положив оклад сто восемьдесят рублей в год. Поиск сразу был поставлен на твердую научную основу. «Делание порцелина, по мнению моему, химию за основание и за главнейшего своего предводителя имеет», — писал Дмитрий Иванович.

В 1746-1750 годах велись поиски рецепта фарфоровой массы. Виноградов искал оптимальный состав смеси, совершенствовал рецепт, ведя технологические исследования по применению глин различных месторождений, меняя режим обжига и т.д. Особую белую глину привозили из-под Челябинска.

В 1752 г. заканчивается первый этап работ Виноградова по созданию русского фарфора и организации его производства. Результаты всех поисков фиксировались. Правда, составляя рецепт, Виноградов старался зашифровать его, применяя итальянские, латинские, древнееврейские и немецкие слова, пользуясь сокращениями. Это объясняется тем, что ему давались указания засекречивать работу, насколько это возможно.

Помимо разработки рецептуры фарфоровой массы и исследования глин различных месторождений, Виноградов разрабатывал составы глазурей, технологические приемы и инструкции по промывке глин на месторождениях, вел испытания различных сортов топлива для обжига фарфора, составлял проекты и строил печи и горны, изобретал рецептуру красок по фарфору и решал многие смежные проблемы. По многим вопросам он советовался со своим бывшим соучеником, видным русским ученым М.В. Ломоносовым, жившим тогда в Петербурге. Михаил Васильевич оказывал посильную помощь, но по меркам тех лет находился довольно далеко, в десяти верстах, поэтому позвать или спросить его удавалось далеко не всегда. Тем обиднее, что впоследствии фарфоровому производству было присвоено имя Ломоносова, и без того обласканного и многократно чтимого.

Русский фарфор был создан Виноградовым практически самостоятельно, путем научной работы и колоссального напряжения сил, ведь мастеру запрещалось покидать печи даже во время сна, что привело к его ранней смерти в возрасте тридцати восьми лет. При отсутствии разработанной собственной системы форм и декора первоначально естественным было подражать китайским образцам. Поэтому в русском фарфоре получили распространение лаконичные, простые формы бутылей, ваз, чаш, часто без ручек, наподобие восточных. Мастера-керамисты стремились не только воссоздать отдельные принципы моделирования форм, но и в росписях следовать восточной тематике, поэтому среди мотивов росписей преобладали бамбук, хризантема, пион, сосна, фантастические птицы и драконы. Эта яркая красочная роспись прекрасно подчеркивала белизну фарфора. Иногда росписи дополнялись пластическим декором в стилистке рококо. Следуя моде на «шинуазри» («китайщина»), мастера разработали сюжеты с фигурками китайцев с музыкальными инструментами, ажурные фантастические строения, забавные китайчата на фоне условных пейзажей. Их источником могли служить кобальтовые росписи китайского фарфора XVIII в. с изображением мальчиков, играющих в саду. Если в Китае эти изображения символизировали пожелание процветания семьи, то в русском фарфоре они трансформировались в комические гротески.

Вскоре Императорский завод достиг больших успехов как по качеству фарфора, так и по разнообразию изделий из него, и русский фарфор уже при Виноградове занял подобающее ему место, успешно соперничая с мейсенским. В больших количествах изготавливались фарфоровые табакерки — «восьмиугольные, овальные, четырехугольные гладкие и резные, пакетовые, круглые...». Следуя дальневосточной традиции, фарфоровым табакеркам нередко придавали природные формы: плода граната, дыни, яблока, тыквы, виноградной грозди, раковины. Что до росписи, то Виноградов сумел получить краски десять цветов.

Позже на место Виноградова поступил директор Русского монетного двора И. Шлаттер, а позднее И.-Г. Мюллер из Саксонии. Продукция первого периода примерно до 1760 года ограничивалась мелкими изделиями, как правило, мейсенского образца. В царствование Екатерины II, с 1762 года, в Россию были приглашены иностранные модельеры, что привело к подъему производства и развитию художественного уровня фарфоровых изделий. В этот период влияние французской культуры сказывается на формах и декоре фарфора.

Одновременно с императорским заводом во второй половине XVIII — начале XIX века возникли коммерческие частные производства. В подмосковном селе Вербилки в 1766 году английский купец-лесопромышленник Френсис Гарднер основывает фарфоровое производство, которое выпускает дорогие сервизы, отличающиеся высоким качеством фарфоровой массы и росписи. Гарднеровский завод выпускал и мелкую пластику, доступную широкому кругу покупателей. Полагают, что ведущим мастером у Гарднера был один из потомков Афанасия Гребенщикова. Характерной для гарднеровской посуды была яркая, сочная цветочная роспись, близкая русской народной керамике, серо-зеленым или светло-зеленым тоном в сочетаниях с красным или светло-желтым. С 1829 года завод стал изготавливать фаянсовую посуду, декорированную печатью. Гарднер был настолько уверен в качестве выпускаемого им фарфора, что подделывал на своих вещах марку мейсенской мануфактуры.

Слава лучшего частного предприятия утвердилась за фабрикой Гарднера после удачного выполнения в 1778-1784 гг. заказа Екатерины II на четыре особенных Орденских сервиза с соответствующим декором — изображением Георгия Победоносца, Андрея первозванного, Александра Невского и Святого Владимира. И все же до конца XVIII столетия в России пользовались металлической посудой.
Эта традиция была настолько влиятельна, что белый цвет фарфора не воспринимался как самостоятельная ценность, и его золотили, имитируя богатство золотой посуды, бывшей в ходу у аристократов. Простые люди пользовались оловянной посудой, и им тоже трудно было перестроиться.

Только в первой четверти XIX в. фарфоровая посуда распространилась повсеместно. Особенно это сказалось на появлении чайного ритуала, связанного с гостеприимством, общением, наслаждением беседой. Кроме того, посуда стала средством украшения домашнего пространства. Распространился и обычай дарить подарки, сделанные из фарфора, на память. Чаще всего это были чашка с блюдцем, декорированная росписью пейзажем или цветами.

Конец XVIII — начало XIX века — время расцвета русского фарфора. Искусство фарфора развивалось вместе с архитектурой, воспринимало ее основные стилевые особенности. В это время в России было основано несколько фарфоровых предприятий, среди них — заводы Гарднера в Вербилках, под Москвой, заводы Попова, Батенина — в Петербурге. Изделия частного завода Попова в селе Горбуново Дмитровского уезда Московской губернии, основанного в 1804 г. К. Мелли и приобретенного А.Г. Поповым в 1811 г., отличались превосходными техническими и художественными качествами. Ассортимент был самым разнообразным и удовлетворял всем слоям населения: столовые и чайные сервизы, так называемая трактирная посуда и популярные в XIX в. статуэтки, представляющие сюжетные композиции на мифологические темы (скульптура «Венера с Бахусом» и «Азия»), отдельные фигуры охотников и крестьянок, анималистические скульптуры. После успешного окончания Отечественной войны, примерно с 1817 года, фарфоровая промышленность развивалась особенно быстро. Число фабрик в то время достигло сорока пяти. В начале двадцатого века самым крупным фабрикантом был М.С. Кузнецов, к которому перешли некоторые из заводов (Гарднера, Ауэрбаха и др.). Общая производительность фарфора и фаянса на всех Кузнецовских заводах достигала до войны 1914 г. двух третей производительности всей страны по этим отраслям производства.

Без кузнецовского фарфора не обходился ни один трактир или ресторан, а также домашнее застолье. Это объясняется его особой демократичностью. По преданию, родоначальником фамильного дела стал Яков Васильевич — старообрядец, владелец кузни и постоялого двора с торговым заведением на дороге между деревнями Речица и Новохаритоново. В 1810 г. он вместе с сыновьями Терентием и Анисимом построил у деревни Гжель небольшое мануфактурное предприятие и с помощью местных мастеров наладил собственное дело по производству типичных для того времени и места чашек с блюдцами, тарелок «с бусом» по краю, полоскательниц, мелкой жанровой скульптуры. Уже тогда хозяин ориентировался на массовое производство недорогой массовой продукции. Эта черта и определила будущее увеличение масштабов производства, и расширение рынка сбыта. В 1812 г. предприятие перешло к Терентию Кузнецову. В 1832 г. он основал свой завод в Дулеве Владимирской губернии, в 1843 г. в Риге открылся еще один фарфорово-фаянсовый завод, который выпускал столовую и чайную посуду, телеграфные и телефонные изоляторы, полуфаянсовые изделия. В 1851-1853 гг. приобретен завод А.Г. Сафронова в деревне Короткой Богородского уезда, позднее он перешел во владение к сыну Терентия — Сидору. Но истинно всенародное признание фамилия получила с приходом в дело Матвея Сидоровича, присоединившего в 1870 г. завод Ауэрбаха в Тверской губернии, в 1871 г. — завод Никитина в Велковском уезде и в 1887 г. — Будянский в Харьковской губернии. В том же 1887 г. на базе этих предприятий сформировалось «Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М.С. Кузнецова», позднее пополнившееся заводами Гарднера в Вербилках (1891), Рыбинским в Ярославской губернии (1894), Славянским в Черниговской губернии (1895), Песоченским в Калужской губернии (1911). Двоюродный брат Матвея Сидоровича — Иван Емельянович — основал в 1880 гг. еще три завода: Волховский, Бронницкий и Грузинский. Таким образом, в общей сложности Кузнецовы владели восемнадцатью предприятиями, из них на территории России находились четырнадцать.

Во время Гражданской войны, когда в стране не хватало бумаги даже для газет и плакатов, революционное правительство прибегало к самым необычным формам пропаганды. Уникальным явлением в искусстве 1918-1921 гг. стал агитационный фарфор.

На Государственном (бывшем Императорском) фарфоровом заводе в Петрограде оказались большие запасы нерасписанных изделий, которые решено было использовать не просто как посуду, но в первую очередь как средство революционной агитации. Вместо привычных цветов и пастушек появились призывные тексты революционных лозунгов: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!", "Земля трудящимся!", "Кто не с нами, тот против нас" и другие, которые под искусной кистью художников складывались в яркий декоративный орнамент.

Советский агитационный фарфор выставлялся на зарубежных выставках, был предметом экспорта. Эти произведения занимают достойное место в собраниях крупнейших музеев России и других стран, являются желанными для коллекционеров.